Правило номер один: Наслаждайтесь тем, что вам нравится. Это правило кажется простым до абсурда. Вы можете сказать: “Это просто смешно. Разумеется, я буду получать удовольствие от того, что мне нравится. Мне совершенно не нужно этого советовать”. Но если вы по думаете над этим правилом, то обнаружите, что в жизни существует множество вещей, которые нам нравятся, но от которых мы не получаем никакого удовольствия. При чинами, по которым мы не получаем удовольствия от того, что нам нравится, являются: (1) чувство вины, (2) страх. Вы не можете получать удовольствие от чего то, что вам нравится, если вы после этого чувствуете себя виноватым или если вы боитесь последствий.

Правило номер два: Избегайте того, что вам не нравится. На первый взгляд это правило также кажется весьма простым, но если вы задумаетесь, то поймете сколько людей занимаются тем или контактируют с тем что им не нравится. А это может быть и скучная, неинтересная работа, и неприятный человек, и невкусная еда. Продолжать этот список можно до бесконечности. При этом следует учитывать, что существуют веские причины, которые вынуждают заниматься чем-то или контактировать с чем-то, что не нравится. ”Да, я не могу бросить эту работу. Я должен работать, чтобы зарабатывать на жизнь”. Или: “Я должен общаться с этим человеком по многим существенным причинам”. Сколько оправданий тому, что нам приходится заниматься чем-то или контактировать с чем-то, что нам не нравится, мы можем придумать? Сколько веских причин мы изобретаем, чтобы убедить других и, самое главное, самого себя в том, что это совершенно необходимо?

Правило номер три: Изменяйте то, что вы не можете исключить из своей жизни. Это правило также подсказывает простой ответ: изменить! Однако если поразмыслить, то понимаешь: для того чтобы изменить что-либо, необходимы определенные условия: деньги, время и т.д. Подумав ещё, понимаешь: что-то тебя обязательно привязывает к тому, что тебе не нравится и чего ты не можешь избежать.

Правило номер четыре: Принимайте то, что вы не можете ни исключить из своей жизни, ни изменить. Это тоже непросто. Как можно принять что-то, что не нравится? Допустим, у вас есть любимая тетя с вставными челюстями. И когда эта тетя произносит слово со звуком “ш”, верхняя вставная челюсть клацает о нижнюю, и вас это чрезвычайно раздражает. При этом вас зовут Ширли. Вы не можете избегать своей тети, потому что вы ее любите. Вы предлагаете ей поменять вставные челюсти, но ей нравятся старые, и она не соглашается. Таким образом, вы не можете ее изменить. Как же вам быть в такой ситуации? Как вы можете смириться с тем, что вас раздражает и доводит до белого каления? Как вам принять человека, который делает вас нервным и раздражительным? Надо сказать, что вам совершенно не обязательно принимать этого человека, вы можете по-прежнему оставаться нервным и раздражительным. Я могу дать гарантию, что вы будете несчастливы, если не будете принимать что-то, что вам резко не нравится и что вы в то же время не можете ни исключить из своей жизни, ни изменить.

Не забывайте, что мы все-таки рассматриваем пять правил счастья, и в пятом правиле как раз и заключен секрет счастья.

Правило номер пять: Принимайте то, что вы не можете ни исключить из своей жизни, ни изменить путем изменения своей точки зрения. Человек по сути дела чрезвычайно зависит от своей точки зрения. Все является относительным, в мире нет ничего абсолютного. Нет ни абсолютного добра, ни абсолютного зла, все связано с вашей точкой зрения, с вашим отношением Жизнь не может быть плохой или хорошей, жизнь просто существует. Вы можете изменить то, что вам не нравится, путем изменения своей точки зрения.

…Приведем короткий пример, который иллюстрирует применение пятого правила счастья.

Во время перерыва на ланч один из слушателей курса обучения методу Сильва Джордж С. решил съездить в расположенный неподалеку ресторан. Выйдя на стоянку автомобилей, Джордж обнаружил свежую вмятину на правом переднем крыле своей машины. Кто-то помял крыло его машины и скрылся в неизвестном направлении. Джорджу это очень не понравилось. В то же время он не мог ни закрыть на это глаза, ни каким-либо образом изменить то, что произошло.

Перед Джорджем встал выбор: либо быть счастливым, либо расстраиваться из-за того, что случилось с его машиной. Он решил, что лучше быть счастливым и изменить свою точку зрения на происшедшее. Взглянув на помятое крыло, он стал думать не о том, что на ремонт ему придется потратить кучу денег и массу времени, а о том, что оно является своеобразным стимулом для достижения чего-либо положительного. Джордж решил, что он заработает в три раза больше денег, чем пойдет на ремонт машины. В мастерской ему сказали, что ремонт обойдется в 250 долларов, и он решил заработать 750 долларов и заработал их.

Так Джордж изменил на сто восемьдесят градусов свое отношение к случившемуся с его машиной происшествию. Ему не нравилось то, что случилось с его машиной, он не мог исключить это из своей жизни, не ног изменить случившееся, но он сумел изменить свое отношение, свою точку зрения на неприятное происшествие. Когда Джордж смотрел на помятое крыло, он видел не вмятину, а 750 долларов, которые заработает. Джордж поставил себе цель и добился ее. Он заработал 750 долларов, 250 из них потратил на ремонт и получил, таким образом, прибыль в 500 долларов. Кроме того, он остался счастливым в той ситуации, которая неимоверно расстроила бы большинство других людей.

из книги “Управление интеллектом по методу Сильва” Хозе Сильва. Берт Голдман

Popularity: 4% [?]

Переосмысление принципа мужественности на передовом краю эволюции культуры.

http://www.enlightennext.org/magazine/j41/guru-pandit.asp

Коэн: Вслед за более ранней дискуссией, которая была сфокусирована на женщинах и нашла столь широкий отклик, особенно по причине нашего с тобой диалога, в этой дискуссии мы обратим свое внимание на мужчин. Так что теперь нам представляется возможность поговорить он нас самих, о мужчинах.

Контекст для этой беседы, как собственно и для всех других, передовой край эволюции культуры: точка при которой текущая постмодернистская стадия развития становится готова к скачку в пост-постмодерн или к интегральной стадии. На самом деле мы во всех наших диалогах, так или иначе пытаемся пролить свет на то, что бы это могло означать совершить подобный скачек, а также пытаемся очертить контуры этой следующей стадии. Так что говоря о принципе мужественности, я хотел бы сконцентрировать наше внимание на том, какой будет его следующая эволюционная инкарнация, на этой пост-постмодернистской стадии.

Уилбер: Да, безусловно.

Коэн: Я думаю это действительно открытый вопрос. В целом, можно сказать что в традиционном мировоззрении существовали представления о мужчине как о защитнике, исследователе, правителе, спасителе или герое. В мировоззрении модернизма, роль мужественности в основном ассоциировалась с попыткой привнесения новой рациональной интерпретации реальности на всех уровнях, попытками использовать свет свободного знания, для того чтобы понять что такое жизнь – тем не менее, я думаю что в период модернизма, большая часть традиционных представлений о мужественности по-прежнему выдвигалась на передний план. Но далее произошел сдвиг от модерна к постмодерну, произошло освобождение принципа женственности посредством женских движений и многие традиционные идеи и структуры стали вызывать сомнения. Я думаю многие мужчины на этой постмодернистской стадии были за одно с женскими движениями, чаще из благородных побуждений, но так же возможно и по причинам не столь ясным. Говоря в целом, в постмодернистской культуре вопрос о том, что же это значит – быть мужчиной и какова должна быть его роль, определенно витал в воздухе.

Так что я очень заинтересован в том чтобы начать выявлять наиболее здоровые формы и проявления того, что бы это значило – быть мужчиной. Я обнаружил что среди мужчин моего поколения, к примеру, а я, так же как и ты, принадлежу поколению бэби-бумеров, а также среди мужчин поколения X и поколения Y, эта тема не является особо обсуждаемой. Вне зависимости от того современна ли семья или более традиционна, вопрос – что это значит быть мужчиной или в чем заключается роль принципа мужественности, в смысле того как мы должны относится к жизни, к другим мужчинам и женщинам – как правило не стоит, об этом просто не говорят. Большинство мужчин с которыми я знаком похоже никогда особо глубоко об этом не задумывались. Но когда поднимаешь вопрос, часто начинают возникать множество непродуманных идей, которые еще ни разу небыли осознаны. Многие мужчины пока еще сознательно не сталкивались с целостным понятием собственной гендерной роли и того как она взаимосвязана с духовным развитием, эволюцией сознания и культуры.

Я ощущаю, что по мере того как мы предпринимаем этот шаг из постмодерна в пост-постмодерн, нахождение нового более развитого чувства самоидентичности, столь важного для женщины, становится также важно и для мужчины. И то, чем я занимаюсь – и я знаю что я не единственный – это попытка сделать так чтобы эта дискуссия продолжалась, потому что это действительно очень важно. В качестве стартовой точки, возможно мы могли бы взглянуть на некоторые подходы, для того чтобы определить принципы мужественности.

Уилбер: Ну, если мы собираемся взглянуть на мужскую духовность, в первую очередь я бы сказал что мы сталкиваемся с аналогичными сложностями что и в случае с женской духовностью. И по этому мы должны начать со стандартного «предостережения покупателя», которое заключается в том, что мы не утверждаем что все о чем мы говорим истинно для всех мужчин и для всех женщин. Мы понимаем что если кто-нибудь, к примеру, биологический является мужчиной, он тем не менее по-прежнему воплощает в себе полный спектр мужских и женских качеств. И каждый из нас в действительности является особой смесью из этих качеств.

Коэн: Да, разумеется. Твое предостережение конечно же уместно. Но в тоже время, мы не хотели бы отрицать того, что здесь могут быть заключены некоторые общие истины или общие структурные тенденции, которые выходят на поверхность при определенных обстоятельствах. К примеру, на протяжении многих лет, в результате моей заинтересованности помогать людям развиваться, я заметил определенные общие тенденции, которые проявляли мужчины и женщины столкнувшиеся с возможностью совершить действительный скачек к более высокому уровню развития, который может быть весьма значимым, для заинтересованных в этом людей.

И так, после всего вышеупомянутого, давай поговорим о мужчине и о том, каким образом мы могли бы попытаться дать определение принципу мужественности. К примеру, такие качества как автономность, рассудительность и храбрость, часто ассоциируются с мужественностью.

Уилбер: Да, но сперва мы должны задаться вопросом: какой из этих аспектов мужественности является кросс-культурным? Давай к примеру возьмем автономность. Мы можем сказать что это нечто само по себе присущее человеку рожденному в теле мужчины, наделенному мужским мозгом, мужскими гениталиями и так далее. Но довольно скоро это становится проблематичным.

Коэн: Точно, так как с точки зрения постмодернистских ценностей, это не имеет значения. Постмодерн в целом продвигает идею о том что нет никаких универсалий дарованных по факту рождения, все создается благодаря культуре.

Уилбер: Ну, да. Именно в этом и заключается вопрос. Большинство из тех кто интересуется этими вещами, являются частью поколения бумеров, культурной креативности, плюрализма, релятивизма, постмодернистской стадии развития. Эта стадия на которой флатландия говорит что гендер и сексуальность являются культурно сконструированными реальностями. Примером этой идеи может служить феминизм первой волны, либеральный феминизм, который по существу считал что «все люди созданы равными и это также относится и к женщинам». Феминизм первой волны, просто напросто отрицал различия между мужчиной и женщиной и утверждал что все различия приписываемые мужественности и женственности, являются культурным конструктом.

И чем дольше он следовал за этими идеями, тем менее убедительными они становились. По-множеству причин, они не удержались. В частности благодаря открытиям в биологии, становилось ясно, что в общем, действительно имеется достаточное количество универсальных различий между мужчиной и женщиной.

И так, смысл в том что биологические различия являются одной стороной картины, а культурные другой. Обе они должны быть приняты во внимание, если мы хотим посмотреть на это со всеобъемлющей или интегральной позиции. Основная идея интегральной концепции заключается в том, что все люди имею по крайней мере четыре измерения или, как я их назвал, квадранта. Проще всего представлять их следующим образом: биологический (верхний-правый), социальный (нижний-правый), культурный (нижний-левый) и психо-духовный (верхний-левый). Таким образом, мы должны взглянуть на различные типы качеств, которые можно назвать мужественными или женственными и на то, каким образом они относятся к каждому из этих измерений или квадрантов и далее решить какие из этих качеств можно в целом отнести к мужчине, а какие к женщине.

Другая проблема, и она происходит от феминизма второй волны, заключается в том, что хоть он и принимает во внимание различия между мужскими и женскими моделями, по сути он говорит – все различия моделей женского типа, позитивны; а все различия моделей мужского типа, негативны. Мужская модель включает в себя иерархическое ранжирование и авторитарное, агрессивное, аналитическое, разделяющее и т.д., поведение. В тоже время все качества женской модели целебны, позитивны и рассматриваются как конструктивные. С этой точки зрения все беды человечества являются результатом притеснения женщин, мужчинами.

Коэн: Помимо всех других ужасных вещей что сотворил мужчина!

Уилбер: Этот образ феминистской мысли по прежнему оставляет свой отпечаток. Конечно же есть причины чувствовать себя жертвами, но все-таки подавляющее большинство культурных структур были созданы мужчинами и женщинами совместно. Это значительно более адекватный взгляд на вещи, откровенно говоря, он значительно более искренний, лучше подходит для доказательства и позволяет нам рассматривать данные более эффективно. Это не означает что не было случаев притеснения и виктимизации. Но придавая этому чрезмерное значение и делая жертвенность сущностным определением женственности, феминизм заходит слишком далеко. До тех пор пока мы не начнем учитывать различные точки зрения на то, как отношения между полами исторический создавались и мужчинами и женщинами, а не просто навязывались женщинам, мы будем просто напросто видеть в женщинах овец, а в мужчинах свиней. Нам необходим более творческий, более интегральный и более точный взгляд на то, почему мужчины и женщины имеют именно такие взаимоотношения, а так же на то, каким образом они вносят свой собственный вклад в создание общества во всех четырех квадрантах.

Эрос и Агапе – действенность и общность.

Коэн: И так, мог бы ты определить какой из этих различных способов будет за мужчиной?

Уилбер: Мне представляется, что мужчины и женщины развиваются посредством одинаковых гендерно-нейтральных базовых структур (одних и тех же базовых волн спектра сознания), но они склонны делать это с несколько различными ценностными установками и стилями. Как мы обсуждали ранее, развитие происходит двумя различными способами: трансляцией и трансформацией. Мы определили трансформацию как переход между уровнями по шкале развития и трансляцию как движение внутри уровней – трансляция это горизонтальное движение, а трансформация – вертикальное. Оба они важны. И в трансформационных и в трансляционных областях, мужчины и женщины имеют различные склонности. В трансляционных областях имеются два различных драйва, действенности и общности, которые являются драйвами горизонтального движения. И мы обнаруживаем что женщины склонны делать акцент на общности, в то время как мужчины акцентируются на действенности. В случае с трансформацией, имеются два вертикальных драйва: Эрос и Агапе. Мужчины делают акцент на Эросе, женщины на Агапе. Эрос означает свободу, а Агапе полноту. Таким образом женщины проявляют большую склонность к полноте в их взаимоотношениях; а мужчины, во взаимоотношениях, более склонны ценить свободу.

Бывают здоровые и не здоровые варианты каждого из этих драйвов. Здоровые варианты действенности, что мы наблюдаем, это к примеру личная ответственность и самоуважение. Нездоровые формы действенности это ригидность, отчужденность, гиперактивность, чрезмерная защитная агрессивность, страх перед обязательствами и тому подобное. Что касается Эроса, то его здоровой формой будет свобода, а не здоровой подавление, страх, ограничение – и все это различные типы дисфункций которым подвержен мужчина.

Таким образом мужчина склонен транслировать с акцентом на действенности и трансформировать с акцентом на Эросе. Женщины склонны транслировать акцентируя общность, а трансформировать с акцентом на Агапе. Эти обобщения, действительно являются обобщениями, но они как правило верны для всех культур. Эрос и Агапе, действенность и общность – это наиболее универсальные, наиболее общие драйвы и у них обоих имеются как положительные так и отрицательные проявления, посему нет нужды устраивать спор, какой из полов наиболее деструктивный. Основным моментом является ваше желание того чтобы все эти основные четыре драйва были здоровы.

Коэн: И у мужчин и у женщин.

Уилбер: Да. И все эти четыре драйва в духовной практике имеют тенденцию очень быстро становится нездоровыми. Вы пытаетесь достичь радикальных форм свободы и поэтому кроме здоровых форм, вы можете быть пойманы в ловушку нездоровых форм Эроса. Вы так же желаете достичь некоторой формы единства, некой полноты. Это может привести к тому, что женщина, в частности, может быть поймана в ловушку стадной ментальности – не единства, а слияния – и неспособности признавать свою собственную значимость.

Коэн: Да – в моей работе с мужчинами и женщинами, мне приходилось видеть множество вариаций на эту тему. На протяжении тех лет что я учу, я заметил еще одну вещь касаемо мужчин. Широко обобщая, можно сказать что значительное количество парней из тех что заинтересованы в духовном развитии и которые находится на постмодернистской стадии, склонны болтаться между двумя крайностями – высокомерием и никчемностью. Они начинают с чрезмерным чувством собственной важности, а далее когда они натыкаются на факт того, что они на самом деле совсем не там где думали, частенько они впадают в состояние некой жалкой никчёмности, превращаются, как говориться, в парней без яиц! Я видел так много подобных парней, что это уже фактический предсказуемо.

Я говорил с этими ребятами о другой возможности, где не нужно быть ни высокомерным, ни слабым, но где у вас есть смирение. Когда я говорю о смирении, я говорю о глубочайшей силе, крайне реальном чувстве уверенности в себе, которое основано на том что ты действительно знаешь и кем являешься – и нет никакой нужды быть высокомерным, но невозмутимым в позитивном смысле.

Уилбер: Верно. И это та сила, которая, как мне кажется, может быть предложена другим. Силу мужественности, часто связывают с агрессией совершенно неправильным образом и это вводит в заблуждение. Слово агрессия, означает движение вперед, оно не означает движение против. Это была бы враждебность.

Коэн: Это интересно. Это позитивное определение агрессии.

Уилбер: Мы совершенно позабыли о различии между агрессией и враждебностью. Мужественная агрессия, в своем здоровом аспекте, является необходимостью для исполненного силы, решительного движения вперед. Если вам доведется наблюдать оленя-самца, которому встретился на пути куст, то вы увидите, как расширятся его ноздри, как он взроет землю несколько раз и затем бросится на куст и прорвется сквозь него. Это и есть агрессия. Мы не говорим что олень «ненавидит» кусты – он просто-напросто мобилизует свою способность сломить барьеры. И это лучшее что делает мужественная агрессия. Она является разрушительницей барьеров. Будь то звуковой барьер, или барьер в обучении, или барьеры на пути интеграции, сила мужественности имеет возможность сокрушить их. И конечно же, если это становится нездоровым, то появляется враждебность; чрезмерная возбудимость и, как ты говоришь, обратная сторона этого – пиписка, лишенная яиц.

Коэн: Это действительно интересно.

Уилбер: Но поскольку мы проходим через фазу постмодернизма, мы деконструировали все ценности, включая мужественность и женственность. Мы забыли как делать суждения основывающиеся на положительных проявлениях этих качеств и особенностей. И это настоящая проблема. Мы можем думать что мы превосходим мужественность и женственность, но на самом деле это не так; мы просто напросто застряли в их выхолощенных, разбавленных формах. В среднем для мужчины постмодерна, ценности мужественности еще не высвобождены, не превзойдены и не включены; они просто подавлены, вытеснены из сознания.

Коэн: Да; Это ужасно.

Уилбер: Это действительно катастрофа.

Коэн: Это делает мужчину слабым и неподлинным. Одна из поразительных вещей что мы обнаружили по ходу исследования этой проблемы, заключалась в том, что оказалось крайне сложным добиться от мужчин, даже от тех которые казалось бы были весьма изощренны в своих когнитивных способностях, выразить на примере то, каким бы, по их мнению, должен был быть зрелый мужчина. Похоже что имеется некоторая общая сдержанность против того чтобы принять, с определенным бесстрашием, знание о том, что это значит быть мужчиной. Мы так сильно замкнуты в этой постмодернистской, анти-иерархической перспективе, что многие из нас боятся проявлять любовь, несмотря на то, что это несет большие возможности нашему собственному гендеру. Я думаю это особенно касается множества постмодернистских идей о том насколько принцип мужественности ответственен за уничтожение планеты.

Уилбер: Ну, это часть тех трудностей, что мы получили, проходя через стадию постмодернизма. Мы пытались стать чувствительными, для того чтобы не маргинализовать людей, для того чтобы не принимать несправедливых суждений основанных на доминантных иерархиях. Но по причине того что мы провели столько десятилетий занимаясь этим, передовой край человечества позабыл как принимать суждения основанные на степенях глубины развития. Вот что так разрушительно для взаимоотношений с нашими же собственными манифестациями, для всех других относительных аспектов бытия человека, а так же по отношению к нашему чувству того, каким образом мы должны на это реагировать. Если что-то и является мудростью, то это практическое знание того, как сделать так, чтобы вещи работали в реальности, как сделать так, чтобы движение перед продолжалось. И если у нас нет суждений основанных на глубине, это означает что у нас нет мудрости. Постмодернизм попросту лишил нас возможности выносить суждения основанные на мудрости и способности к различению, не дав нам достичь действительно важных ответов.

Коэн: И как раз по этой причине, как я и говорил, многим мужчинам не ясно, что же на самом деле означает – быть мужчиной, или что это должно означать, или же что бы это могло означать.

Уилбер: Здесь мы ступаем на очень тонкий лед. Постмодернизм, с одной стороны, дал несколько очень позитивных вещей, высвободив нас из под гнета жестко отведенных ролей, он указал на то, что многие из гендерных конструктов – лишь конструкты различных культур. Но он может зайти слишком далеко, полностью отрицая существование каких-либо внутренних или имманентных черт, которые определяют людей на различных стадиях развития. Это напрочь отсекает нас от возможности к развивающему и подлинному взаимодействию с нашей относительной манифестацией, возможности обнаружить те качества, что являются характерными чертами определенного пола или гендера – со всеми оговорками что мы упоминали. Это является неотъемлемой частью способности вступать в подлинные взаимоотношения в вашим гендером, что в свою очередь совершенно необходимо для дальнейшего подлинного превосхождения всего этого.

Так что будучи мужчиной, мне необходимо принимать все эти качества в себе. Коими без сомнений будут: свобода, харизматичность, автономность, храбрость, сила, добросовестность. Конечно мы должны очень внимательно присматриваться к тому каковы они в действительности, но необходимо ясно понимать что отрицая все эти качества в целом, мы отрицаем свою собственную подлинность.

Коэн: Да, точно так. Это основа нашей подлинности, ведь природа нашего гендера является столь фундаментальной частью того, чем мы действительно являемся.

Уилбер: Есть еще одна важная вещь, которую необходимо принять во внимание для данного обсуждения, а именно шкалу развития. Если мы посмотрим на все эти свидетельства, с точки зрения того что же означает эта мужественность или эта женственность, что же означает эта подлинность, мы увидим что существуют различные типы ценностей для мужественности и женственности, на различных стадиях развития.

Это очень важный момент, к тому же практический никогда не упоминаемый. Люди слишком часто просто пытаются выявить некую «извечную природу женственности» или «извечную природу мужественности». Или же они утверждают что нет никаких универсальных качеств вовсе. Но мы говорим о том, что есть определенные ценностные структуры по отношению к женственности и мужественности. И они не извечные, данные заранее, фиксированные архетипы; они развились. Если мы посмотрим на стадии развития как женщин, так и мужчин, то увидим что ценности которые так сказать неразрывно связанны с бытием мужчины или женщины изменяются на различных стадиях развития. Они исторический возникают. Так что исходя из этого, у нас появляется возможность выносить суждения по поводу того, что же это означает, быть мужчиной или быть женщиной. А также делает нас способными превзойти подобные качества, когда будет необходимо, так как мы не говорим что они высечены в вечной абсолютной реальности.

Коэн: Конечно же нет. Они не высечены наперед, и я думаю что в контексте необходимости такого развития, очень важно что мы начинаем действительно прояснять все это. Это окажет нам большую помощь в развитии взаимоотношений между полами.

Уилбер: Точно так. На пример, исследования продолжают показывать, что в основные стереотипные различия, с точки зрения ценностей возникают на низких уровнях развития. Действительно является истиной то, что мужчины и женщины, находящиеся на эгоцентрических стадиях, склонны демонстрировать стереотипные, ригидные типы мужественного или женственного поведения. Мужчина, на пример, на этих ранних стадиях развития крайне гомофобичен (враждебен по отношению к гомосексуалистам); он влеком агрессией и крайней формой «не-указывай-мне-что-делать» автономии, особого рода ригидно-нарциссичной движущей силой. Женщины влекомы эгоистической версией их собственных ценностей – эгоистических форм общности. Обе эти крайности становятся все менее выражены, по мере развития до этноцентрических и мироцентрических стадий.

Коэн: Да. И я также заметил что по мере того как мы движемся сквозь интегральные и пост-интегральные стадии, эти различия все уменьшаются.

Уилбер: Я думаю это особо важный момент.

Коэн: Самость становится все более и более интегрированным проявлением мужественности и женственности. Конечно же мужчина будет иметь более мужской вариант, а женщина более женский. Я чувствую что различия будут уменьшатся, по мере углубления вертикального развития. К примеру, я заметил что мужчина, на более высоких уровнях развития, иногда способен проявлять более зрелую способность к общности. Что в настоящее время, традиционно именуется свойством или склонностью женственности. Но когда мужчина превосходит не только личностные эгоистические структуры, но и большую часть ригидных модернистских и постмодернистских способов мышления, то возникает особого рода неконкурентная забота и общность, которая олицетворяет в себе человечность в ее лучших проявлениях. Я видел как это происходит, это весьма драматично и я думаю это имеет большое эволюционное значение. Так что для меня просто удивительно что мужчина на высоких уровнях развития, способен проявлять качества, которые являются величайшем даром женственности. Именно тут конвенциальные гендерные стереотипы начинают исчезать.

Уилбер: Именно так. Но повторимся, что мы бы не хотели преждевременно обходить стороной процесс интеграции этих различных половых качеств в нас самих. Именно по тому, что это случается. Условием здорового гендера, от части, является необходимость поддерживать подлинные взаимоотношения с нашей сексуальностью, на каждом из основных этапов нашего развития на протяжении жизни.

Коэн: Да. И что особо захватывающее в этом скачке от постмодерна к пост-постмодерну, так это то, что с одной стороны, теперь мы имеем достаточное количество исторической информации, с точки зрения всех четырех квадрантов, для того чтобы начать различать с достаточной точностью, чем могли бы быть эти «естественные» склонности или предрасположенности. И в тоже время, мы также знаем как многое из нас является культурно созданным и культурно обусловленным. Никогда ранее не было более подходящего времени и места, для того чтобы начать творить самих себя, с тем чтобы стать наиболее подлинными мужчинами и женщинами за все время существования человечества. Определенно, ничто не может быть более увлекательным.

Уилбер: Да, я думаю это так. Отчасти, истина эволюционирующего мира заключается в том, что высочайшие стадии развития прямо сейчас возникают и начинают спускаться вниз. И так, чем же на самом деле являются взаимоотношения между мужественностью и женственностью в этих структурах? Я не знаю. Конечно же, от части, сложность заключается в том, что всего три или четыре процента населения находятся на более интегральных, пост-постмодернистских стадиях развития. В этом заключена хорошая и плохая новость для людей занимающихся подобной духовной работой и ставших значительно развитыми. Хорошая новость – Поздравления, вы довольно развиты! Плохая новость – Теперь у вас нет не единой чёртовой зацепки, относительно того, что же вы такое?

Это относится как к мужчине, так и к женщине. И от части волнение по поводу подобного рода дискуссий, возникает по причине того, что мы пытаемся обратить внимание именно на те качества, которые возникают прямо сейчас. Нам необходимо вести эти дискуссии среди своих друзей и выяснять, «Если я мужчина, то что во мне есть такого особо важного, на мой взгляд, что я мог бы назвать мужественным? И что я называю просто человеческим? Что важного есть в женщине, как ей кажется, потому что это женственно? А что ценно просто по тому что это что-то человеческое?». Это та дискуссия, что происходит на передовом крае развертывающегося сознания. Это приводит мужчин и женщин за границы ролей отведенных им историей, и указывает на нового мужчину и новую женщину, которые едва начинают проявляться на горизонте.

Коэн: Я согласен. Способ которым я достигаю этой точки я назвал учением «Безликого Освобождения». В этом месте я поощряю индивидов к подлинному взаимодействию с этими важными вопросами – не только в качестве теоретической спекуляции, но и в качестве действенной практики, с помощью которой предпринимаются попытки найти действительные ответы в непосредственном переживании.

Безликое Освобождение

Коэн: Будучи духовным учителем, около десяти лет назад, у меня случился инсайт по существу этого вопроса. Когда я изучал понятие гендера в целом и то, как оно связано с просветлением, я обнаружил что нет ничего принципиально значительного в том факте, что мне выпало быть мужчиной или что кому-то выпало быть женщиной. Это неотъемлемая часть мой индивидуальности в качестве человеческого существа, но по сути, в этом нет ничего существенного. В этом нет ничего особо позитивного или негативного. Используя заезженное выражение – это просто часть того что есть. Но, я так же заметил, что когда мое эго, или чьё-либо еще, чрезмерно идентифицируется с произвольно данным гендером, возникают проблемы. Когда я говорю эго, я не касаюсь психологической Я-структуры, структуры в психеи, что создает чувство интеграции и целостности. Я употребляю его здесь очень специфично, в контексте духовности, по отношению к нашему нарциссичному, разделенному чувству Я. Так вот, я начал замечать что, по крайней мере по моим наблюдениям, частые искажения мужской и женской индивидуальности происходят тогда, когда эго чрезмерно отождествляется со случайным по сути фактом того, что кому-то выпало быть женщиной, а кому-то мужчиной. Разумеется, все мы можем соотнестись с такими крайними примерами, как гипертрофированная, крайне самосознающая, почти смешная форма выражения мужественной тенденции. И у женщин есть своя вариация на это. Все это становится очень самоочевидно, когда эго слишком отождествляется с произвольным фактом природы.

Простое определение просветленности заключается в том, что это естественное состояние, свободное от фальши и смущения. И по этому вопрос будет звучать следующим образом: -«Каким будет естественное или нестесненное проявление гендера, в контексте пост-традиционного мира?». Я считаю что во-первых, мы никоим образом недолжны отрицать того, что нам суждено было стать мужчиной или женщиной. Так что если тебе и мне выпало быть мужчиной, мы скажем: -«Ну, это означает что биологический, психологический, а так же культурно мы значительно этим обусловлены, а так же, это кое-что говорит о том, кто мы такие как воплощенные человеческие существа». Затем, мы бы захотели выяснить, всеми теми способами что мы сегодня говорили, что же это действительно означает – быть мужчиной, принимая во внимание нашу биологическую историю и адаптацию, также учитывая культурную обусловленность, попытаться привнести свет осознанности во все это. Мы могли бы полностью, всем сердцем, раскованно, с бесстрашием, радикальным образом включить каждый аспект того, что же это означает или могло бы означать – быть мужчиной. И в тоже самое время эго – нарциссичное, разделенное чувство обособленного Я – не отождествлялось бы чрезмерно с фактом того что мне – Эндрю, или тебе – Кену, выпало быть мужчиной. Если бы мы имели возможность сделать духовное развитие способным на это, тогда по крайней мере теоретический, это могло бы способствовать возникновению раскованной или значительно более естественной и подлинной экспрессии пост-традиционной, а так же пост-постмодернистской мужественности. Именно так я подхожу к этому вопросу, в моей работе со своими студентами.

С точки зрения того, каким представляется этот скачок из постмодерна в пост-постмодерн для мужчины, в особенности если мы смотрим на это в контексте духовности, нам необходимо задаться вопросом: – «Каким могло бы быть естественное или раскованное появление моей человечности как мужчины, как принципа мужественности?».

Уилбер: Верно.

Коэн: Вот почему я считаю что так важно вглядываться во все те способы которыми мы сознательно и бессознательно идентифицируемся с тем, что мы считаем мы есть, в качестве индивидуумов с определенным гендером, и придавать этому большее значение чем это было ранее. Ведь исходя из Космической перспективы, что может быть более случайным чем грендер? Но если эго начинает придавать повышенную значимость вещи столь случайной, значит есть что-то неестественное и неподлинное в том, каким образом мы проявляем эту часть себя. Делая значительно более затруднительным возможность просто начать выяснять каким могло бы быть истинно естественное проявление этого. Так что я вдохновляю мужчин и женщин, чтобы они начинали разбираться в том, каким бы могло быть раскованное и естественное проявление их собственной сексуальности и их гендера. Конечно же это потребует чертовский глубоких размышлений, связанных с множеством сложностей и тонкостей – но вместе с тем столь притягательных.

Уилбер: Ну да. И я думаю что для пост-постмодернистского мира, это именно то, что должно быть сделано.

Коэн: Да. Это что-то такое, чем мы все должны озадачиться.

Перевод © askerhow март 2009,

via prosvetlenie.daism.ru

Popularity: 11% [?]

Косарев В.В., кандидат физико-математических наук
(статья публикуется в сокращении)

Характерная для западно-европейской культуры моногамная семья возникла лишь с появлением жилища и частной собственности, проблемы ее наследования и кастовой принадлежности к власти. По-видимому, это был также вариант “справедливой дележки”: каждый мужчина получал право обладать лишь одной женщиной. Кроме того, ва основе моногамии лежала также возникшая еще в дочеловеческую эпоху программа выбора партнеров из чувства “симпатии” или “романтической любви”, ведущая хотя бы на некоторое время к парному браку. Такая же программа реализуется и у птиц, где возможности контроля самца за самками сильно ограничена свободным перемещением. У мужчин наблюдается явная явная склонность к повторению любовных увлечений, для женщин характерно сохранение привязанности на более долгий период.

Основой патриархальной моногамной семьи всегда была зависимость жены и детей от главы семьи. Вопросы вступления в брак решались родителями на основе экономических и политических соображений. Симпатиям же и чувствам вступающих в брак не придавалось большого значения, поэтому они были более характерны для весьма внебрачных отношений. Развитие индустриальной цивилизации привело, начиная с конца XIX в., к массовому вовлечению женщин в профессиональную деятельность, что способствовало приобретению ими экономической независимости, росту их социальной и политической активности, а также кризису патриархальных семейных ценностей и традиций. Экономическая самостоятельность женщин, ликвидировав их зависимость от мужа, существенно осложнила совместное проживание супругов. В развитых странах произошли существенные сдвиги и в отношении детей, которые теперь утратили значение трудовых ресурсов семьи. Благодаря сети современных домов для престарелых, дети стали менее необходимы как опора в старости. При переходе к рассредоточенному акционерному капиталу они также потеряли и свою роль наследников дела, состояния и фамилии. Благодаря открытиям З. Фрейда, А. Кинзи и В. Мастерса со сферы сексуальных отношений было снято табу, приведшее в обществе к сексуальной революции, переосмыслению основных религиозных понятий о нравственности, а также к сексуальному раскрепощению женщины. читать далее

Popularity: 11% [?]

Popularity: 21% [?]

Popularity: 19% [?]

В чем причина экономического кризиза? Иной взгляд на проблему экономического кризиса. Этот кризис не экономический, а системный. И выход из него, не возможен в рамках этой системы, он находится за его рамками.

Popularity: 6% [?]

Капиталистический способ производства: проблема разной скорости роста 2-х потоков

«Финансовым» кризис представляется лишь потому, что в силу мобильности денег, первой зона поражения явились финансовые рынки.

Проблема же лежит глубже – в самой сути «капиталистического способа производства материальных ценностей».

Поясним:

При капиталистическом способе производства существует «проблема разной скорости роста 2-х потоков».

Речь идет о следующих потоках:

· поток 1 – это способность мирового общества производить.

· поток 2 – это способность общества потреблять.

При капитализме скорость роста 1-го потока всегда опережает скорость роста 2-го потока.

В мировой экономике эти 2 потока отражаются как «производство товаров» и «платежеспособный спрос».

Суть проблемы в том, что:

В силу того, что эти потоки имеют РАЗЛИЧНЫЕ, а не один и тот же, источники своего формирования, выравнивание их скоростей в долговременной перспективе (70-100 лет) принципиально невозможно.

Неизбежным следствием «проблемы различной скорости роста 2-х потоков» является то, что:

По мере развития системы капиталистического производства нарастает глобальный дисбаланс, который выражается в виде постоянно увеличивающегося «разрыва» между способностью системы производить и ее способностью потреблять произведенное.

В конечном итоге этот дисбаланс дорастает до «критического уровня».

«Критический разрыв» между 2-мя потоками

Итак, в процессе развития общества в рамках «капиталистического способа производства» разрыв между 2-мя потоками неуклонно возрастает и в некий момент разрыв неизбежно вырастает до «критической величины».

Отражением в экономике «критического разрыва» между 2-мя потоками является то, что:

· прирост накоплений населения сокращается до минимального предела (0%)

· величина кредитов, выданных населению, напротив, вырастает до максимального предела (долг по кредитам равен количеству денег, которое может заработать человек в течение всей своей жизни).

Этот процесс хорошо виден на графике 1 ниже:

График 1: «кредитный крест в США» (отношение долга к доходу и норма сбережений)

Сначала потоки сближаются, потом уравновешиваются (точка пересечения линий на графике), после чего начинают расходиться.

После того как расхождение («разрыв между потоками») достигает «критической величины» вся общественно-экономическая система переходит в принципиально новое состояние, в иную стадию развития.

Новое состояние системы воспринимается как «глобальный кризис».

Этот процесс в экономике аналогичен процессу в демографии. После прохождения определенной «критической точки» развития общественно-экономическая система вступает в «стадию прекращения роста и старения населения». Аналогия хорошо видна на графике 2 ниже:

График 2: «российский демографический крест» (рождаемость и смертность)

«Критические точки» в обоих «крестах» приходятся практически на один и тот же год, что говорит о том, что оба процесса являются частями (подпроцессами) единого глобального цивилизационного процесса.

Продолжительность новой стадии

Это новое состояние общественно-экономической системы, воспринимаемое как «глобальный кризис» – будет теперь длиться «вечно».

Или, другими словами:

Возвращение на предыдущую («докризисную») стадию – невозможно.

Строго говоря, «возвращение», если под этим подразумевать «нормальное, бескризисное функционирование экономики и общества» – возможно. Но не в рамках средств и способов, предлагаемых современной (капиталистической) теорией управления экономики. Или, другими словами:

Нормальное, бескризисное, функционирование экономики и общества возможно теперь лишь при использовании не-капиталистических способов управления экономикой и обществом.

Немного политэкономии

Ключевой пункт, на котором держится представленная выше модель, следующий:

При капитализме существует проблема разной скорости роста 2-х потоков – способности производить и способности потреблять.

Проблема формулируется следующим образом:

По мере развития капиталистической системы производства разрыв между 2-мя потоками необходимо дорастает до критического уровня, после чего существующая система производства рушится.

Покажем, почему в рамках капиталистического способа производства эта проблема неустранима.

Здесь нам нужно понимать, что такое «прибавочная стоимость», как образуется стоимость товаров при капитализме, а также как образуется стоимость товара «рабочая сила» при капитализме.

Понимание этого позволит увидеть, что:

· поток 1 «способность производить» – жестко привязан к «прибавочной стоимости»

· поток 2 «способность потреблять» – жестко привязан к механизму формирования стоимости товара «рабочая сила» при капитализме.

Что:

Любое повышение общественной производительности труда – это есть ни что иное, как повышение доли «прибавочной стоимости» в стоимости совокупного общественного товара.

Одновременно, повышение «общественной производительности труда» – это есть ни что иное, как неизбежный результат развития «производительных сил общества».

И главный вывод:

Повышение доли прибавочной стоимости в стоимости совокупного общественного товара – это есть ни что иное, как уменьшение в стоимости совокупного общественного товара доли «стоимости рабочей силы».

Или, другими словами:

Развитие производительных сил общества при капитализме ведет к постоянному росту способности общества производить и постоянному же уменьшению его способности потреблять.

Фундаментальная причина этой ситуации, повторим, в том, что:

При капитализме поток 1 «способность производить» жестко привязан к такому источнику, как «производство прибавочной стоимости».

В то же время, поток 2 «способность потреблять» жестко привязана к такому источнику как «стоимость товара рабочая сила».

«Стоимость товара рабочая сила», в свою очередь, жестко привязана к механизму формирования стоимости любого товара при капитализме.

Из этого следует, что:

Выравнивание скоростей потоков путем переброса ресурсов из одного потока в другой – например, за счет увеличения зарплат – невозможнО!

Потому что, повторим, источники формирования потоков имеют различную природу.

В масштабах мировой экономики это означает:

Постоянно увеличивающийся разрыв между способностью общества производить и его способностью потреблять неизбежно доходит до «критического уровня», после чего система переходит в «закритический режим», характеризующийся «схлопыванием системы», что воспринимается как «глобальный экономический кризис».

О последствиях сопротивления нарастанию «критического разрыва»

Система сопротивляется нарастанию разрыва до «критического уровня».

Так как «сопротивление нарастанию разрыва» невозможно за счет сокращения потока 1 («способности производить»), то вся борьба («сопротивление») идет путем развития 2-го потока, т.е. «способности потреблять».

Что, в свою очередь, обуславливает стремление развивать 2-й поток «любыми средствами и способами».

Важно, однако, что:

· нарастание разрыва между потоками до «критического уровня» происходит неизбежно

· стремление развивать 2-й поток приводит лишь к тому, что разгоняется скорость роста 1-го потока. Т.е. «разрыв», появившись в какой-то момент (1994 г.), начинает разрастаться экспоненциально.

Следовательно, чем активнее система сопротивляется процессу «нарастания разрыва», тем с более «стертыми подшипниками» она входит в стадию «глобального кризиса».

В частности это выражается в том, что:

· Экономически активное население развитых стран (рассматриваемое как единый субъект – «основной мировой потребитель») находится сейчас в долгах, размер которых равен тому, что оно способно заработать и отдать за весь срок своей жизни. Важно, что люди, потребители развитых стран, будут теперь находиться в этом состоянии до конца своей жизни.

· «Кризис» больнее всего ударит по наиболее развитым странам.

Суть ситуации, переживаемой развитыми странами

Основные причины, определяющие ситуацию «генерирования глобального кризиса» в развитых странах – следующие:

· поле «способность людей получать кредиты» – выжжено полностью

· поле «тратить большую часть зарплаты на потребление» – также выжжено (теперь люди будут отдавать долги и копить).

«Выжженость» этих полей определяет глобальный фактор:

Невозможность «поддерживать нужный темп потребления».

Или, другими словами:

Мировая капиталистическая система отныне не в состоянии поддерживать необходимый ей для развития уровень потребления, а следовательно и соответствующий ему уровень производства.

Возникает «нисходящая спираль»:

Невозможность поддерживать нужный темп потребления ведет к схлопыванию производства.

Схлопыванию производства ведет к невозможности поддерживать нужный темп потребления.

Система все больше и больше закручивается в тугую спираль.

Так как система очень объемная, инерционная, процессы закручивания будут растянуты месяцев на 20.

В результате система стабилизируется на уровне 50-60% от уровня нынешнего производства.

Прогнозы

Мысли изложенные в данной статье, а также следующие из них прогнозы, были сформулированы и высказаны мною в начале ноября 2008 г. Все это отражено в моем блоге и в моей видео-лекции «Глобальный кризис и Политэкономия» (3 части). Некоторые прогнозы исполнились, некоторые до сих пор актуальны. Например:

1. Кризис не реагирует и не будет реагировать на средства из арсенала «косметических ремонтов» (т.е. на средства и способы в рамках понятийного аппарата капиталистической экономики).

2. Больше всего пострадают развитые страны. Ситуация в менее развитых странах – БРИК, Латинская Америка – будет лучше (за счет «невыжженности» полей). На экономики этих стран будет действовать сокращение спроса в развитых странах, но в течение нескольких лет они постепенно приспособятся и начнут расти. 3. Ситуация в Японии, Корее будет лучше за счет менталитета – в частности, за счет традиционной, глубинно вмонтированной в их культуру склонности «копить на черный день». Так в 2006 г., когда норма сбережений в США (см. график 1) была равна 1%, в Японии она составляла 28%.

04.03.09. В России промышленность в январе рухнула на 19% по сравнению с январем 2008 г. В США промышленное производство в годовом выражении упало на 13,8%, в Великобритании — на 16,4%. Причем индустрия быстрее всего сворачивается в странах, экспортирующих товары с высокой добавленной стоимостью: Германии, Японии, на Тайване, в Малайзии. источник >>>

4. Протекционизм станет основным инструментом противодействия кризису. В условиях текущего кризиса главной ценностью (конкурентным преимуществом) любой национальной экономики станет «способность потреблять», т.е. «национальное потребительское поле» (его «невыжженость»).

Примечание:

В этом смысле в «Даймлере» хорошо понимают ситуацию и, срочно купив 12 декабря 2008 г., т.е. в начале широкого разворачивания кризиса, 10% акций «Камаза», обеспечили себе главное преимущество во время текущего глобального кризиса – «потребительскую поляну». Те, кто не понимают, комментируют это так: «Тройка Диалог провернула очень выгодную сделку. Daimler приобрёл 10% акций по цене в 3,6 раза дороже рыночной» drive.ru

Немецкий представитель заявил российским СМИ, что не смотря на то, что они купили лишь 10%, присутствовать на рынке они будут 100%-но… – что, опять же, всем очень понравилось.

Если бы руководство «Камаза» понимало (так же хорошо, как и руководство «Даймлера») суть разворачивающихся процессов, оно могло бы получить к 250 млн. долларов «за 10% акций» еще 2,5 млрд. долларов за «эксклюзивное многолетнее присутствие Даймлера на российской автомобильной потребительской поляне» (во время «кризиса выжженности мирового потребительского поля»).

Можно прогнозировать, что 90% товаров и услуг в ближайшие годы Даймлер будет продавать на рынке России. (Индия занята «Тойотой», Китай не пустит к себе никого, Латинская Америка поделена японцами и американцами, Европа и Америка покупать вскоре перестанут совсем).

Или вот, например, хроника:

04.12.2008. «Из того, что я говорил в первых 2-х частях лекции, с неизбежностью следует, что кризис теперь будет длиться вечно. … Меры финансового характера, которые сейчас принимаются – не дают и не дадут эффекта. И в какой-то момент обнаружится (причем, динамика будет такая – через месяц обнаружат [а через полгода это станет общим местом]): основное, что в этой ситуации играет роль – это протекционизм. Протекционизм – это закрытие своих границ для иностранных товаров. Потому что все осознают, что борьба будет идти за потребителя… Протекционизм. Сейчас это считается чем-то плохим в глобальной экономике, а через полгода это будет считаться – классной, правильной, законной мерой.» (с) видео-лекция Глобальный кризис и Политэкономия (часть 3). Сроки и меры (начиная с 15:28).

21.01.2009. «Сегодня протекционистские лозунги, которые еще вчера считались почти неприличными, уже вошли в арсенал ведущих немецких политиков». (с) Уроки эгоизма. «Эксперт» №2 (641)/19 января 2009

09.02.09. ВТО на экстренном заседании обсуждает вред «ползучего» протекционизма, практикуемого сейчас многими странами. В понедельник в Женеве проходит экстренное заседание комитета Всемирной торговой организации по обзору торговой политики, где будет обсуждаться увеличение протекционизма во внешней торговле на фоне кризиса. Однако «ползучие» протекционистские меры мешают мировой экономике выйти из кризиса, отмечается в заявлении ВТО. Несмотря на всеобщее принятие тезиса об опасности протекционизма в разгар кризиса, доклад главы ВТО Паскаля Лами демонстрирует – протекционизм поддерживается правительствами широкого списка стран, от США и Австралии до России и Бразилии. newsru

5. Восходящие потоки потребления и производства в странах БРИК и ЮВА стабилизируют (примерно через 20 месяцев) уровень мирового производства, падение прекратится. После этого начнется медленный и неустойчивый (0,5-1%) рост экономик. Но до уровня августа 2008 г. объем экономик уже не дойдет никогда (в парадигме капиталистического способа производства).

Или, другими словами:

Лето 2008 года – это максимум развития человеческой цивилизации в рамках «капиталистического способа производства».

Решения

Исходя из понимания сути текущего «глобального кризиса», например, этого ни в коем случае делать нельзя:

«Глава Минэкономразвития Эльвира Набиуллина на заседании Совета по внешнеэкономической деятельности заявила, что российские компании, несмотря на кризис, должны использовать возможности покупки дешевеющих активов за рубежом». vestnikao.ru

А, например, в отношении гастарбайтеров – должна проводиться совсем другая политика. Их нужно не выгонять, а усиленно создавать им условия для работы в России и обеспечивать защиту их интересов в конфликтах с работодателями. При условии, что большую часть заработанных денег они будут тратить на российские товары.

Например, нужно установить заградительные пошлины на весь импорт, за исключением импорта станков, оборудования и комплектующих.

Нужно активно финансировать все формы малого бизнеса создающего рабочие места, активно помогать ему на всех стадиях доведения своей продукции до конечного потребителя.

Нужно резко увеличить размеры пособий на детей и стипендии для студентов.

Нужно… Много чего можно сделать полезного, если понимать суть текущих глобальных изменений. И если быть честным. Все остальное умрет. Или в результате некомпетентных действий в кризисной ситуации, или в результате «кризиса доверия».

Однако, это все – меры противодействия «кризисным явлениям». Меры, имеющие своим результатом некоторое улучшение, смягчение существующей ситуации в экономике и обществе.

Кардинальное изменение ситуации («выход из кризиса») возможны лишь тогда, когда начнется «глобальное преобразование системы общественного производства», т.е. переход от капиталистических к не-капиталистическим способам устройства экономики и общества.

Именно это нужно делать сейчас в России. Понимая, что «не-капиталистические способы» – это совершенно иные способы, нежели те, которыми жила Россия при «социализме», в течение 70 лет своей истории.

А.В. Клейн
09.02.09

via Клейн

Popularity: 5% [?]